Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
17:34 

Канвинор певая четверть второго периода Ранная заря

Шалино
Моя Тень записалась на очередные курсы по домоводству, но как она стояла и смотрела на табличку с названием "Практический курс поэзии для начинающих"
Наше сердце билось наверное со скоростью мысли, что несется от одной системы галактик, к другой. Сколько чувств сразу нахлынуло на нее... Она была воодушевлена-напугана-растерянна-удивлена-грустна вот как можно описать, ее состояние.
Интересно, что является решающим, когда природа решает, кому быть или не быть магом? Таким как мы - я и моя тень, чаще всего не хватает, какого-нибудь одного штришка, одной никогда не сделанной вещи, что бы стать одним целым. Но с другой стороны, ведь не известно, кто из нас с ней был первичен.... Быть может, существовала только я или только она... Меня устраивает то положение вещей, в котором существуем мы обе, наш стук сердца на двоих.
Прошел только один период а в моем дневнике уже столько записей. Я сегодня их перечитывала. Так странно... В самом начале я хотела обязательно записать, откуда он появился, и что меня подтолкнуло на столь необычный поступок - его вести. Это был мой друг, мой милый ненаглядный друг, который на наше очередное чаепитие притащил эту табличку и как я не упиралась, заставил принять ее, как подарок в знак уважения.
Он предлагал мне в ней записывать те истории - грустные и смешные, что я черпаю из фантазий моих посетителей. Такие вот маленькие рассказики - зарисовки настроения. Табличка сейчас греет мне руки - у нее еще есть одна история - история нескольких моих дней, и я уже не знаю смогу ли я остановиться, что бы не писать.
На ее деревянной раме выгравирован герб моего друга - в этом весь он. Слишком дерзкий, склонный к эпатажу, что бы в нем заподозрить взрослого мужчину. Когда я обижаюсь на него - я говорю ему, что он истинный мужчина, ведь такой прямо по определению не может понять таинства женской души. Он смеется - говорит так и задумано, как два дракона в вечной схватке - две противоположности. А иногда отвечает, что если бы он был бы более любезным, то я бы не устояла пред его обаянием. Нам этого никогда не узнать. Нам этого никогда не надо было, мы живем в слишком разных мирах с самого рождения.
Знаю одно - только с ним я чувствую себя свободной, в те редкие моменты нашего чаепития. Мне ничего не надо от него - ни денег, ни любви, ни осуществлений моих мечтаний, а ему не надо ни моего Дара, ни моей любви или привязанности. Мы в обществе друг, друга становимся свободными как дети. Быть может я просто идеализирую и мы просто раз в лондо пьем чай? Все может быть, я не знаю,не хочу знать - другой правды в этом случае....
Что я могу рассказать о нем? Что я считаю главным, важным и дорогим в его сущности? То что он единственный мой друг? Это наверное и так понятно... Но не только и не столько это, сколько его цельность, его мягкость, и в то же время независимость и силу. И мне если честно совершенно не важно, какие посты занимают его родственники, мне совершенно не важно, сколько прекрасных дев он успел соблазнить. Мне легко быть заинтересованной в его сиюминутном настроении, я слишком дорожу, тем что несмотря на весь напускной лоск в обществе - со мной он позволяет себе быть самим собой. Я ценю его за то, что ему хорошо со мной проводить некоторое время каждый лондо, не затрагивая мой Дар, именно со мной. Может я эгоистка?

17:11 

Канвинор четвертая четверть первого периода Искрящаяся заря

Шалино
Я вот над чем задумалась, после того как Милионе с дядей покинули мои покои.... У наших Теней и у Веры Объеденненого королевства, есть понятие о загробном мире. А наш Иштар так и не подарил нам ничего более забавного и туманного, чем определение, того что случится после того как в наших жилах угаснет последняя искра.
" До конца времен мы будем окружены теми, кого встретили на протяжении всей своей жизни. Вместе с теми отношениями, что у вас завязались, продолжались и были разрушены."
Почему в этом определении нет ничего ободряющего? Что это ад или рай или что-то еще? Почему именно у нас под нашим кофейным солнцем люди так страрались не думать о смерти? Или наоборот думать черезмерно? Мы как будто зарабатываем очки для последующей жизни, где у нас отнимут свободу ей управлять. И мы будем похожи на те статуетки, что продаются у нас как сувениры для заезжих? Статуетки жмуться друг к другу группками и шипят на чужие группы... Что это если не шутка, над тем чего мы боимся на протяжении сознательного существования? Шутка над нашим прежним мировозрением о смерти.
Теперь, когда есть выбор во что верить, - вера Иштара, более не популярна. Ведь есть больше шансов поверить в то, что тебя ждет невероятное блаженство - следуй ты определенным правилам избранного пути.
Но для меня этот путь не подходит. И не потому, что с потерей веры я потеряю последние остатки собственного самоуважения. Нет, я просто осознано выбрала этот путь уже в более взрослом возрасте, чем тот, когда мать расказывала мне наши сказки. Моя вера помогает мне не судить людей. В моей вере нет слова "плохой" и "хороший" - направленных на мир извне. Это мерила, что действуют только внутри. Я ничего не получаю за них. Ни награды, ни благодати. Наша вера подходит и для новоиспеченных святых и законченных негодяев. Она учит жить в мире с тем, что внутри. Найти свой основной стержень, как тот что был у так полюбившегося мне огранщика, и следовать ему несмотря ни на какие преграды, зная что тебя ждет в конце.
Давным-давно меня удивляла мысль о том, что несмотря, на то что все направления, что есть у Веры Объединенного Королевства существуют как отдельные веры - там за гранью сна. Но там не было нашей веры, не было ей места практически нигде.
Только сейчас я понимаю, что это в нашем мире большинство из нас знают своей Дар и его предназначение с самого рождения. Мы только можем определить, куда его направитьЮ в какую отрасль. Применить во благо или же в противостояние тем, или иным силам, что обитают в нашем мире. У Теней же все по другому - они чаще всего ищут себя и свой Дар подчас годами, а некоторые только к старости понимают, что является их стязей... Мир больших свобод - мир большего одиночества, чем наш. Моя вера не смогла бы там выжить - слишком мало там тех, кто нашел своий истинный Дар.

11:46 

Канвинор третья четверть первого периода Алеющая заря

Шалино
Сегодня ко мне приходили два необычных посетителя - старик с девушкой. Они приехали из очень далекой области, только что бы старик - видный ремесленник, хозяин нескольких мастерских с очень редким Даром, мог исполнить последнюю свою прихоть. С ним приехала его племянница. Оказалось, что предками их были выходцы из нашего округа и, несмотря на все перипетии, их семейству удалось сохранить традиции нашего Иштара, только вчера я жаловалась на то, что вокруг меня не осталось не одного человека, уважающего старые традиции, ан нет. Оказывается, есть даже люди, что готовы проехать полмира, что бы почтить наши традиции. Так что вчерашнюю свою запись я списываю на не слишком хорошее настроение.
Старика звали Торгведиари младший, а его племянницу - девушку с необычными оранжевыми глазами - Милионе. Она такая хрупкая. Даже не верится, что все они обладают таким необычным Даром. Совсем забыла упомянуть их Дар - огранка камней из лазиурита, что используется для постройки летающих зданий. Редкий камешек, надо сказать и выловить его не так-то просто. Как сообщила мне Милионе, когда они оставались переночевать у меня, что именно в их заботу входит не только сама огранка и заговор камней, но их поиски. Оказывается Лазиурит бывает двух видов - поверхностный и скрытый. Один, добывают только в нескольких областях, в одной из которой и поселились их предки. Я даже не знала, что существуют летающие глыбы камней, хотя Миллионе утверждает, что они живые, и что если летающую гору израсходовать до конца, то больше там ничего не будет, но если расходовать гору осторожно и оберегать ее - то она не израсходуется никогда. Правд иногда от основной горы могут откалываться кусочки - и вот за ними как раз приходиться побегать.
Притом как она это рассказывала она так эмоционально размаивала руками, а глаза у нее стали как два огромных фонаря. Больше она не казалась такой хрупкой. Она рассказала, что всегда восхищалась ловцами глыб и у них даже существует праздник, на котором определяется самый быстрый и ловкий ловец. Для этого целый год отбирают самые «проворные» глыбы и оставляют до праздника.
Когда я ее спросила насчет такого необычного цвета глаз, она ответила, что Лазиурит сам выбирает цвет глаз для своих рабочих, и что ей несказанно повезло и у нее глаза цвета легенды. Но потом вдруг замолкла и сделалась такой грустной. Старичок же, который во время всего нашего разговора молчал и только выдувал из причудливой трубки странные струйки дыма, (Ох и любят же у нас развивать вредные привычки) усмехнулся и сказал:
- Ваша Мистерия для меня сегодня была замечательной, но это не то что я ожидал от вас и вашего Дара, девочка моя. Будьте глубже, будьте проникновенней - я ведь не один из тех, что приходят сюда за иллюзиями плотских, сиюминутных удовольствий… Я проделал большой путь что бы насладиться самой сокровенной мечтой, и не пожалею ради этого никакие свои сокровища.
Господи! Как давно я мечтала об этих словах, словно они мне сняться вместе с моей тенью каждые поздние сумерки….Но как я испугалась… Прежде я делала это только со своей матерью, я досконально знала, самые затаенные страхи и желания ее сердца, каждый уголок ее воспоминаний, фантазий. Она была удивительная женщина и многое из того что я видела я вплетаю в свои Мистерии. Жизнь матери в жизни ее дочери. Но это был совершенно незнакомый мне человек, что решил раскрыть передо мной свою душу.
Тихонько, что бы не нарушить сокровенность момента, как только тихонько я начала распутывать узелок его воображения. Сразу он мне представился как долговязое, коряжистое дерево, с корнями. Что от собственной мощи вылезли наружу глинистой земли. То что было в моей Мистерии для него лежало, где-то на самых кончиках этих корней - мне же надо было добраться до самой сердцевины. Я перескакивала с одной коряги на другую, пролезала тонким ручейком под ними, Как влага, что благословенна для любого живого существа я проникла внутрь его корней памяти. Плавно двигаясь от более поздних желаний к более ранним, я верно стремилась к его сокровенной середине - его духовному стержню.
Это не было похоже на мою маму - она казалась мне облаком, что подобно ему легка и как легко набирает блага, так же легко их отдает. В ее мечтах, желаниях и стремлениях не было ничего таинственного - все лежало на ладони, только подойди и бери. Но у Торгведиари младшего я чувствовала себя иначе, я встретилась с ограничениями, что накладывает социальный статус, я увидела боль и разлуки, что была скрыта в глубине и массу запретов и правил, что накладывает эта жизнь на ловцов и огранщиков лазиурита. Казалось, его духовный стержень, подобно тому камню, с которым он провел большую часть жизни. Стержень, застрявший в середине столетнего дуба. Я чувствовала, как учащается мое дыхание в попытке добраться до сути - там, где должно быть спрятано самое сокровенное. Но не единой трещинки.
Я вздохнула. Наверное я плохо пользовалась моим даром если у меня не получается это. Не знаю какое волшебство пришло мне на помощь, но Милионе взяла, давно уже забытую ари из угла и заиграла на ней. Она пела на том наречии, что я не слышала, с тех пор как умерла моя мать.
Она пела о забытом уголке Иноблизари, где и Иштар всходит только два раза в год. И все же жители той давно забытой равнины, никогда не пользуются ни факелами, ни лампадками, ни фонарями - Над их равниной раскинулся прекрасный - давным-давно заброшенный Город Тысячи Огней, что отдаленно напоминает Халидокеан. Летающий город, выточенный полностью из рыжей скалы лазиурита. В нем живут мечтания всех огранщиков. Но подняться по его ступеням сможет только тот чьи глаза, точь-в-точь как свет этого города.
Вокруг меня больше не существовало толщи и тяжести древесного ствола, не было стержня из холодного серого лазиурита был лишь свет оранжевый свет, который изходил от причудливых перегородок, которые плавно превращались в перила, что вели под изумительные эстокады и открывали обзор на блестящие башни из живого янтаря. Вот каким его всю жизнь представлял этот необчный старик. Я почувствовала сердцем, что именнно этот город искала в своем последнем путешествии его душа. именно поэтому с ним была его племяница с глазами цвета его мечты. Я вдруг увидела все его чувства, что он испытывал каждый раз глядя на Милиону.
Страх, испуг, сомнение, зависть, гордость, восхищение, любопытство, печаль - все чувства заключенные в янтарной смоле его мечты. Вот чего он жаждал и мечтал всю жизнь, и что могла бы осуществить только его племянница.... и я.
Они остались у меня на все то время, по Иштар медленно, но верно пересекал небосклон в своей черненой колестице. Я и сама не хотела уходить их этого города - он подарил мне частичку чужой жизни, частичку чужой мечты. Я еще долго буду вспоминать необкновенного старика с причудливой трубкой и девушку с глазами рыжего цвета. У каждого из нас есть свой Город Тысячи Огней.

13:20 

Канвинор вторая четверть первого периода Алеющая заря

Шалино
Я сижу на балконе и раскуриваю папиросу одну из тех, что на днях мне презентовал мистер Лоргирно, мой постоянный посетитель. Его не было несколько лондо. Он со своим караваном уходил куда-то дальше на север, там где от белоснежных шапок гор отражается весь свет небесный и на небе разыгрываются целые представления. Я даже не думала, что там производят такие папиросы. Они как светящиеся трубочки льда, холодные и на ощупь, точь в точь сосульки, но когда прикуриваешь на конце закораются кроваво красные огоньки.... А ощущение, как будто ты вдыхаешь мятный дым с примесью имдирного шоколада.
Лоргирно сказал, что мы достойны друг друга. Шельмец... он слишком хорошо знает как ублажить меня. Слишком хорошо знает мою тягу ко всему необычному, и мою слабость к курению. У меня уже собралась приличная коллекция трубок, кальянов и разных сигар, папирос и сигарилл в отдельной комнате, что прямо за моим будуаром. Там же находятся и чаши для благовоний и ароматов дальних стран. Это моя сокровищница. Быть может я не особо экономна, не слишком привязана к драгоценностям, что дарят мне те, кто добиваются моей благосклонности. Я больше ценю истории, что связаны с тем или иным предметом. Бывает так что даже самый обыкновенный камешек имеет историю более значимую, чем самый дорогой алмаз.....
Я сижу и наблюдаю как там внизу через несколько ступеней начинается базарная площадь, на которой суетятся торгаши, собирая свой товар, что бы успеть до метианского часа, как пестреют их разноцветный повозки и взметаются вверх покрывала навесов, что убирают с площади.
Только я одна живу в этом городе по старому Иштарском календарю, как завещала мне в своем время мать. остальные уже давно перешли на часы и дни. Многие начали забывать чем так славен Иноблизари. Даже мой дар здесь считают, чем-то непристойным, как будто забыли, что именно здесь появились и чародеи Молирогоус, Треневердалия и Парвинтогр, что еще более мастерски владели моим Даром. Да, конечно, они были чародеями, а я всего лишь Искустница. То, что дозволено Зевсу, то не позволено быку. Но после того как Иноблизари примкнул к Объединеному королевству, наши жители потихоньку стали забывать наши традиции и нашу веру. Все заменила Вера Объединеного королевства, которая хотя и дает полную свободу..., но все же порабощает. Это видно не в духовных делах, а в обычной жизни. Стал менятся уклад жизни в самом Иштаре. Появились множество новинок, и удобных приспособлений. К нам хлынул поток чужеземцев, которые теперь и не чужеземцы совсем. Это было давно еще в моем раннем детстве. И моя мать гордилась мною, так как почитала старинные традиция Иштара, где было сказано, что такой ребенок как я, есть Дар свыше от самого Иштара. Да, быть может на этом ребенке может затухнуть род, так как ни один Властитель Мистерий из искуссников не может иметь потомство, как и его мать после его рождение. Но считалось, что само появление этого ребенка, уже увековечивает семью. Так считали мои предки, так считала моя мать, и... ее вера до сих пор спасат меня. Я рада, что она была счастлива видеть меня своей дочерью.
Но наша жизнь течет и меняется. И постепенно мой Дар стал моим проклатьем. У меня так и не было друзей в детстве, так как все другие ребята обладали более полезными Дарами, для этой жизни, полезными Дарами для процветания Объединенного королевства, а я оставалась с моим Даром бесполезной пустышкой. Мне было одиноко и грусно на протежении могих искрящихся закатов.
И только когда я подросла, оказалось, что есть, только одна возможность выжить в этом изменившемся мире. Стать содержанкой. Положиться на милость богачей, что жаждали необыкновенных любовных утех и незабываемых вечеров отдыха. Так я стала Полуночным Солнцем Иштара. моя папироса стлела и колокола на Звездой площадке возвещают, что мне пора приниматься за мою работу.

13:08 

Канвинор первая четверть первого периода Алеющая заря

Шалино
Сегодня я проваливалась в сновиденческое забытье дважды - один раз уже, после того как ночные певцы, лоридонги закончили свои жалобные серенады под моим окном и наступали поздние сумерки. Мой Друг уже спешил на встречу новым приключениям, которые ему открывали теплые ночи негреющего солнца. Так уж повелось, что у нас день начинается с ночи - мы ведь видим только одно солнце - Иштар. И сумеречные виноградники, возможно возделывать только под его мертвым светом.
Как ни странно я провалилась в забытье, правда не надолго, но все же. У моей Тени была бессонница, и она грустила у окна. Второй раз, уже, когда над всем остальным миром поднималось цвета червонного золота светило, а у нас, по старинным обычаям жгли стебли высохшего инобитного тростника, я уснула во второй раз.
***
Она нянчила ребенка. Он что-то лепетал. Нет ничего сокровеннее, чем эта связь. В его глазах она видела будущие закаты и рассветы, в его душе все приключения, что не выпали на ее долю. Она пела ему колыбельную, в которой чудесным образом переплетались благородство рыцарей и красота принцесс, коварство злодеев и вечная жажда приключений давно забытых дней. Лучи света, что проникали сквозь волны ее волос, золотили его кожу. Золотой младенец. Он ощущал только теплоту и улыбку матери, не задумываясь и не грустя над следующим днем. У него еще нет груз воспоминаний забытого счастья - лишь бусинки новых ощущений. Он - продолжение юности своей матери. Ее вечная жизнь. Вот такой я увидела Тень в этот раз. Она не была ни опечалена, ни озабочена, как в прошлое наше свидание в моем сне. Она упивалась общением с этим крохотным комочком счастья, купаясь в его безмятежной улыбке, которая убирала не одну морщинку с ее лица. Этот смех, которым малыш оглашал свою небольшую, но уютную детскую, заставлял ее глаза выглядеть более молодыми и задорными.
Они как два заговорщика, что знают тайну семейного счастья, веселились от души.
***
После того как она уложила его спать и занялась своими повседневными хлопотами, этот необычный огонь угас. Но все равно я запомнила только это настроение.
На душе в нашем непроглядном мраке было солнечно - я унесла его свет из сна. В этот раз мне хочется просто подарить этот сон всем, что считают, что все видели в этой жизни и ничего в ней изумительного нет. Подарить как напоминание о том, что даже там за чертой наших сновидений - в мире без чудес, что так приелись, есть нечто волшебное. Я уже знаю, как вплести это в канву предстоящей мне мистерии. Я не надеюсь, что хоть половина из пришедших заметит этот кусочек в огромной Мистерии, но если хотя бы один из пришедших задумается об этом фрагменте, у кого-то дрогнет сердце или же останется как у меня янтарь затвердевшего света, что проникал через ее волосы, я буду считать эту Мистерию удачной. Мне пора.

01:01 

Канвинор первая четверть первого периода Ранняя заря

Шалино
Этой ночью сон был не сон, и Тень моя была в унынии. Она, как давно забытая мечта из сахарного детства, которая мучает меня по ночам. И эта ночь не исключение - у нее есть все то, что мне не суждено иметь в этой жизни - собственный дом, мужа, ребенка. Но ей этого мало, я вижу и чувствую, как мечется ее душа, в поисках, чего-то другого и не находит места.
Внешнее как и все Тени с хозяевами мы очень похожи. Иногда я смеюсь зеркалу в ответ, убирая свой грим для Мистерий - на меня из зеркала смотрит моя Тень, как будто подглядывает и смеется. Это всего лишь иллюзия - так не бывает. Мы слишком разные внутри. Нет я не сержусь на свою судьбу... Я слишком привыкла к тому, что просыпаюсь ближе к Алеющей Заре и жду, неспешно накладывая грим, очередного витка Мистерий. Ко мне съезжаются самые состоятельные граждане округа, что бы хорошо провести вечер, отдохнуть и расслабится за неспешными беседами в полумраке моих залов.
Они попадают из собственных забот в Мистерию, которая продолжается до того, как последний из них покинет эти покои. Я дарю каждому из них вечер исполнения желаний, предоставляя на несколько часов мой дар. Дар творить иллюзии, иллюзии настолько осязаемые, что их можно потрогать, уловить их запах, попробовать на вкус...
Это требует чрезвычайных усилий и фантазии. И хорошо, если клиенты знают чего хотят, но иногда ко мне приходят и те, что пресытились этим миром. Они приходят для того, что бы воспользоваться мною, как последней надеждой, последним наркотиком, который может сотворить чудо.
И тогда мне приходится ой как не сладко. Они вынимают жилы из меня, заставляя мой дар работать на полную мощь. Нервы становятся натянутыми струнами, на которых играет их безразличие и пресыщенность. Каждое перо из крыльев моей фантазии безжалостно выдергивается и подвергается тщательному анализу, в попытке найти хоть малейший изъян, малейшее повторение с тем, что было. Я чувствую себя полностью обнаженной и незащищенной и после них остается чувство гадливости, как будто меня выставляли на всеобщее обозрение на городской площади.
Признаюсь, когда пришел Он, я думала это будет повторение этого кошмара. Я уже видела, как он пускает колкие замечания в мой адрес, как корчится от одного названия Мистерии. Я предвкушала очередное унижение. Все внутри сжалось в комок инооблазирий, что интевеют на таком же колючем снегу. Его полуулыбка, полуоскал искал свою жертву. Чем ближе я подходила к нему, тем сильнее я дрожала под туникой, но не от холода или желания - от страха. Казалось еще мгновение и он накинется на меня, а я не смогу даже пикнуть - так застрял ком в горле.
Но он лишь галантно поклонился и спросил не знаю ли я нужного ему человека, обладающего моим Даром, для его возлюбленной. Мне казалось, кто он полностью не верит в то, что могут дать ему Мистерии...

20:59 

Между сном и явью.....

Шалино
Она продиралась через собственные воспоминания в слезах. Так странно и одиноко… Внезапно она остановилась, что бы грустно улыбнуться какой-то давно забытой мечте. Улыбка была похожа на ту, что можно увидеть на похоронах – прощальная улыбка. Танцы в темноте, она так устала,… кто бы знал, как она устала от этого мира.… Но предать то, что дорого другим? Ах, если бы она могла хотя бы на минутку, заглянуть в будущее в попытке разгадать, есть ли в нем место её собственному счастью, ее желаниям и надеждам. Скорее всего, нет, и она сама выбрала себе эту дорогу. И некого винить в том, что она ошиблась? Нет, она не ошиблась – этот чудный мальчик что лежал в колыбели не был ошибкой. Это была долгожданная радость, кусочек счастья, пускай уже немного самостоятельный, но все же временное ее. Она улыбнулась, давая место в душе такой теплой, как шерстяная шаль, заботе, что негой разливалась в груди. Нежно поправив подушку, она начала мурлыкать себе под нос старую песенку, что осталась самым мягким воспоминанием ее собственного детства, что прошло в Корнуэле, где каждый холм дышит преданиями.
И хотя ее родители не были родом из Корнуэла она всегда верила, что волшебство пришло к ней именно оттуда. Хотя когда к ним приезжала ее бабушка, казалось с собой она привозила всех тех забавных существ, которые водились у нее дома. И они часами закрывшись на чердаке могли вырезать с ней бумажных эльфов, и домовых, что бы потом развесив их под самым потолком, сочинять на пару всякие смешные истории. Порой же ей казалось, что бабушка не придумывает, то что рассказывает, а просто пересказывает истории своего детства. По утрам, особенно к середине осени, когда вся природа одевалась полупрозрачный солнечный наряд, она даже вдали от домы вспоминала сказку о том, что у старого кузнеца в рыжей бороде запуталось солнце. И ей казалось, что сама она живет на этой бороде и солнце играет листьями как волосками, подсвечивая и разукрашивая этот мир.
Детство постепенно прошло – чудеса остались. Но они стали обыденностью, потребностью. То чего не замечаешь, то чем пользуешься так же как дышишь. Это перестало удивлять. Она точно не могла припомнить, когда она перестала мечтать о чем-то необычном, когда она перестала верить в то, что она на что-то способна. Это происходило как-то постепенно. С начала между победами проходило все больше и больше времени, а повседневных забот прибавлялось. И в один момент список каждодневных забот заполнил все ее время. Больше в ее жизни не было места подвигам и открытиям, она была должна… соответствовать статусу, быть как все.
Она посмотрела в чернеющее дыру окна. Ленивые сторожа не потрудились даже зажечь фонари и ночь за окном поблескивала тусклой россыпью звезд. Так опрометчиво было думать, что у нее останется время на все: и на подвиги и на семью. Но разве бы она поступила бы иначе, дай ей судьба второй шанс? Нет, наверное, еще раз нет. Она не представляла свою жизнь, без этих дорогих своему сердцу людей. И не только того очаровательного чуда, что сейчас мирно посапывал в кроватке, рядом с ней, но и того вечного задиру, что сейчас сидел рядом с камином внизу.
Задира… Это слово ее снова заставило улыбнуться. Её муж, с возрастом он не остепенился и все еще напоминал в своих выходках выпускника, которому не терпится, сломя голову, покорить этот мир. Осторожный, ранимый, чуткий, добрый и отзывчивый – эти чувства в нем ютились с совершенно противоположенными – равнодушием, желанием задеть, отчаянно защищать любую глупость, которая входила в его понимание о мужской чести и достоинстве, желание сломать себе голову, если подвернется подходящая авантюра. Столько лет радом – сначала, как друзья, потом как жених и невеста, наконец-то как муж и жена, и теперь еще как отец и мать. Могла ли она обвинить, его в том что ей пришлось отказаться от своей мечты? Скорее всего не могла – если она жертвовала ему это вполне осознано, то он принимал ее жертву как-то исподволь, принимая такое положение вещей, как само собой разумеющийся факт. Идеальная жена… она так стремилась стать ему идеальной женой, но так и не приблизилась к его идеалу за столько лет. Он любил все эти годы и прощал, то что она слишком много не умела в самом начале. Но все равно она ощущала всей своей кожей, что он хотел от нее большего. Он никогда не говорил, но это было понятно и без слов. С первого дня их совместной жизни, как бы невзначай он пытался предложить ей сходить на курсы по домоводству, потом были курсы по уходу за садом, потом… Быть может ей казалось, но он иногда даже не замечал, что из той девушки, что вышла за него за муж она постепенно становилась похожей на некое существо, с набором полезных домашних функций. Быть может она зря так расстраивалась, ведь практически все в его окружении, это считали нормой.
Он и сейчас ее любит. Но уже не так как раньше. Слишком привык и к ее улыбке, и к ее стряпне и к уюту в доме. Все немного изменилось, когда она сообщила ему, что у них будет ребенок. У них появилась общая тема за несколько лет. Они вместе проглатывали кучу журналов, бегали по магазинам и спрашивали у ее мамы дельных советов. Они даже переехали из квартиры в этот небольшой особнячок. За несколько лет… Могла ли она обвинить его, в том что он ее не любит? Никогда… Он никогда не был с ней груб. Или откровенно надменен, просто… Для него существовало всегда два мира – мужской… и дом, там где по его мнению она должна обитать. Они пересекались очень редко на праздниках, и то это его мужской мир пользовался всем, что она успевала создать, но ничего не предлагал взамен. Было так горько и одиноко. Она чувствовала, что должна набраться сил и терпения, так как от нее теперь зависела не одна жизнь, а две. Только один вопрос мучил ее и она задавала его себе еще и еще – что останется в ее жизни, если они оба уйдут из нее?

18:04 

Канвинор первая четверть первого периода Поздние сумерки

Шалино
Мы старые друзья… Куртизанка и ловелас… Как символично и как смешно.. Я всегда чувствую его шаги по скользким ступеням, что ведут от моего крыльца и шум воды из луж, когда поздний авитор тормозит рядом с бордюром.
Это часть нашего ритуала, так заведено издревле, с первых наших встреч. Мы уже не помним, когда завязалась наша дружба, в городе населенном тысячами призраков давно минувших любовных историй. Но одно с самого начала остается неизменным - наши чаяпития в первой четверти каждого периода каждого лодо. Странный ритуал возник, когда несколько раз подряд это время, темных как уголь сумерек, что заплывали ко мне в комнаты, просачиваясь через тонкую рябь пологов небрежно накинутих на окна, оставалось у меня не заполненым и мои покои остывали от шумных острот приправленных любовным пылом. Мне показалось забавным, тогда просто побыть на едине с тем, кто не жаждал моих прелестей и утех. А он просто согласился, без всяких но.
Вот так и сейчас я просто слушаю как он уезжает на встречу еще одной зарождающейся любви, где-то в бархате черноты арок старинных мостов.

Полуночное Солнце Иштара

главная